Директор Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков в интервью ТАСС рассказал, что именно предстоит сделать Украине для урегулирования в Донбассе.
— Многие политики и эксперты отметили, что подписание на прошедшей неделе в Минске "формулы Штайнмайера" сдвигает с места процесс урегулирования в Донбассе. Какие могут быть следующие шаги и насколько быстро их следует ожидать?
— Я не разделяю эйфории по поводу подписания "формулы Штайнмайера". Это позитивный сигнал в правильном направлении. Но это не повод для восторгов.
Да, российская сторона дожала этот принципиальный вопрос до конца, несмотря на петляния Кучмы и многих членов команды Зеленского.
Но фиксация формулы на бумаге — лишь одно из обязательств украинской стороны. Она необходима, но недостаточна.
"Формула Штайнмайера" описывает процедуру ввода в действие закона об особом статусе. Остается вопрос, каким именно будет этот закон. Тем более что закон этот рамочный — из него вытекает необходимость принятия других законов, которые наполнят содержанием особый статус Донбасса.
— Например?
— Например, когда речь идет о народной милиции. В сегодняшнем законе об особом статусе она зафиксирована, но не определено, как она будет функционировать. В каких отношениях она будет с силовиками в Киеве? Напомню, в народной милиции должны служить десятки тысяч человек.
Много вопросов о том, на каких основаниях, каким образом и с каким содержанием предполагается заключать зафиксированные законом соглашения между правительством Украины и местными властями о развитии территории.
То же самое касается проблем, связанных с практикой использования русского языка, судопроизводства и т. д.
Все эти вопросы еще нужно согласовывать с представителями Донбасса в минской контактной группе. А потом это должно найти отражение в других законах Украины. Закрепиться в них. В том числе и в конституции. Это огромная и долгая работа — подготовить корпус законов, фиксирующих особый статус Донбасса.
Украинская сторона должна понять, что прекращение с ее стороны огня и уход украинских вооруженных сил из зоны конфликта — важный элемент снижения напряженности. Но этим дело урегулирования только начинается, а не заканчивается.
— Новое руководство Украины не отвергает, что будет принят закон об особом статусе, но пока не конкретизирует, в чем будет состоять новизна...
— Мы пока видим, что украинская власть демонстрирует неполное понимание глубины стоящих перед ним проблем.
— Например, и сами себя, и общественное мнение настраивают, что выборы состоятся только после полной передачи границы под их контроль. Это прямо противоречит п. 9 минского комплекса мер. Достаточно прочитать, что там написано: "Восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины во всей зоне конфликта, которое должно начаться в первый день после местных выборов и завершиться после всеобъемлющего политического урегулирования (местные выборы в отдельных районах Донецкой и Луганской областей на основании Закона Украины и конституционная реформа)", причем при проведении конституционной реформы и "по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках трехсторонней контактной группы". Так что не нужно фантазировать.
Как вы видите, Россию заботит последовательность и глубина выполнения договоренностей в условиях постоянных попыток киевских властей переформулировать даже вот такие однозначные пункты минских соглашений.
— Что нужно в нынешних условиях?
— Диалог между Киевом и Донбассом. Пока его не будет — результат будет неясен. Это не прихоть. В Минских соглашениях прямо указано, что все вопросы нужно согласовывать с представителями Донбасса.
— Складывается ощущение, что Украина надеется переписать минские соглашения — она постоянно апеллирует к США и Великобритании…
— Постоянные члены Совета Безопасности ООН США и Великобритания проголосовали за резолюцию № 2202 от 17 февраля 2015 года, которой был одобрен комплекс мер по выполнению минских соглашений. Зеленский и его команда должны понять, что это решение ООН.
У Зеленского есть шанс реализовать минские соглашения и добиться устойчивого мира
У него сейчас сильный мандат от граждан. Националисты не так сильны, как некоторые их хотят представить.
Да и не так сильно сейчас давление со стороны США. Президент Трамп прямо посылает Зеленского решать вопросы с Путиным: "Надеюсь, что у вас получится встретиться с президентом Путиным и обсудить проблемы. Это было бы огромным достижением". Тем самым он показывает, что не становится на сторону ястребов в украинском вопросе.
— Вы имеете в виду только что ушедшего в отставку спецпредставителя Курта Волкера? Кстати, как вы оцениваете весь этот скандал?
— Тут оказалось много всего намешано. Украина со всей силы вляпалась во внутриамериканский политический скандал. Нельзя, кстати, сказать, что этого все украинцы стремились избежать. Судя по заявлениям, многие из Киева воспринимают "украинский кейс" с нескрываемым удовольствием — очень хочется быть в центре внимания.
Что касается господина Волкера. Он слишком жестко отстаивал интересы некоторых политических и бизнес-групп. Занимал при этом двойственную позицию — одновременно работая в качестве спецпредставителя Госдепартамента по Украине и старшим международным советником в лоббистской конторе, которая официально занималась обслуживанием Украины, BGR Group.
Мы не проводим собственных расследований. Мы анализируем открытые источники из самих США. Очевидно, например, из публикаций в солидной Politico, что есть устойчивая связь между Институтом Маккейна, BGR Group и Raytheon, которая поставляла комплексы Javelin на Украину при посредничестве Волкера. Подтверждением является и тот факт, что Волкер активно работал на площадке Atlantic Council, у которого контракт с фирмой Burisma. Пусть сами американцы определяются. Может, это не коррупция, а конфликт интересов. Но это точно не чисто и дурно попахивает.
Что дает уход Волкера Украине? Появляются новые возможности. После ухода такого "защитника" Украины и сопутствующего скандала, давление на Зеленского может ослабеть. Ему нужно воспользоваться открывшимся шансом и дать Донбассу автономию.
— Может ли в ближайшее время состояться обмен задержанными между Россией и Украиной, о чем заявил глава украинского МИД Вадим Пристайко?
— На сегодня никаких обменов между Украиной и Россией не планируется. Пристайко, возможно, имел в виду другое. Консультации по обмену задержанными ведутся не между Украиной и Россией, а между Киевом и республиками Донбасса в минской контактной группе. В этом вопросе действительно возможен прогресс, но вряд ли такой обмен состоится до саммита "нормандской четверки" — слишком много согласований и нюансов.
— Кстати, когда состоится саммит "нормандской четверки"?
— Дата будет ясна после того, как состоится согласованное разведение сторон в районе Золотого и Петровского. По договоренности всех участников переговоров оно должно завершиться 12 октября.
— Может ли Зеленский усилить давление на Францию и Германию, чтобы они активно поддержали Украину?
— Давление, скорее, должно идти в противоположном направлении. Зеленский должен выполнять договоренности. Он может сейчас много сделать в Киеве. Главное — не ошибаться по пустякам. Он новичок в большой политике. Его действия не всегда последовательны. Он, с одной стороны, апеллирует к Германии и Франции, а с другой — жалуется на них Трампу. При этом место Украины тут же наглядно продемонстрировали американцы, без согласия Зеленского опубликовав стенограмму его беседы с Трампом. Украинский президент во всех этих раскладах выглядят как сомнительный партнер, который не имеет собственной позиции и говорит то, что хотел бы услышать его очередной визави.
— Сейчас обостряется конфликт вокруг закона об особом статусе между Зеленским и оппозицией...
— Политика — жесткое дело. Тут нужно не только уметь играть лицом. Тем более в такой ситуации. Еще раз напомню — у Зеленского сильный мандат. Если он не сможет им воспользоваться — это его проблемы.
В его силах сделать так, чтобы Украина поменялась, стала мирной страной, в которой нет реваншистских настроений, которая не несет угрозы людям в Донбассе.
И нужно быть реалистами — Украина в конечном счете будет иметь символический, а не реальный суверенитет над Донбассом. Не нужно ей рассчитывать на что-то большее. Большего от минских соглашений Украина не получит.